В послепетровской России регулярно (в 1731, 1732, 1748, 1761 годах) проходили переписи населения, учет населения был нужен для организации сбора налогов и организации управления государством, особенно в буйно заселяющихся районах прежнего Дикого поля, к которым относился и белгородский край. К сожалению, из этих многочисленных переписей 18 века сохранилась только переписная книга малороссиян Палатовского уезда 1748 года, хранящаяся в государственном архиве Воронежской области (Волоконовка была в составе Воронежской губернии вплоть до начала 20 века). В состав Палатовского уезда входила большая часть современного Волоконовского района. В середине далекого 18 века нынешний поселок городского типа назывался слободой Красной (это первое из упоминаемых в письменных источниках название Волоконовки), а сами волоконовцы были в собственности его сиятельства князя Никиты Юрьевича Трубецкого.

Анализ фамилий может многое рассказать о том далеком времени (конце 17 - начале 18 века), когда происходило образование фамилий. Так как фамилии начали появляться раньше основания Волоконовки, то первые носители этих фамилий были предками первопоселенцев Волоконовки, хотя и в середине 18 века не было фамилии у десятой части волоконовцев, которых переписчики записывали только по имени-отчеству. Большинство фамилий основателей Волоконовки – украинского происхождения с окончаниями на –енко, так как большинство первых волоконовцев было выходцами из левобережной Украины. Об этом говорят и такие «живые» фамилии, как Черкашенин, Полячик, Ляхов, Литвиненко, Украинец, Днипренко. Большинство фамилий образовано от имени предка (Иващенко, Сергеенко, Самуленко, Данильченко, Борисовской, Васеченко, Марченко, Михайленко, Кондратенко, Тимофеенко, Павленко). Остальные фамилии рассказывают нам о ремеслах наших предков (Кравец, Ткач, Швец, Шевченко, Котляр, Коваль, Ковалев, Шаповал, Бондарь, Тесленко, Скляр). Были среди волоконовцев и потомки содержателей винных лавок (Меняйло, Шинкарь), и торговцы солью (Чумак). Многие фамилии говорят о каких-то физических особенностях малороссиян (Чубенко, Чубко, Щербаченко, Кирнос, Белоус, Кошманенко), об оценке их своими соседями (Бабченко, Скопцов, Хорошой). Некоторые фамилии волоконовцев связаны с животными (Кабан, Вовченко), птицами (Ворониченко, Саловей, Сокол), растениями (Малина, Калиненко, Цыбуля, Бурак). О частых пожарах говорит такая фамилия, как Погорелой. Встречались и фамилии, связанные с сельским хозяйством (Кашенко, Твердохлеб, Солодовик). Некоторые фамилии явно образованы от уличных прозвищ (Вернигора, Дворцовой, Шматок, Скиба). Триста лет назад наши предки говорили на совсем другом языке, поэтому некоторые фамилии мало что скажут современным волоконовцам (Бердник, Логоша, Коломыец, Бакула, Дейнека).

Атаманом слободы Красной был в 1748 году Кирилл Перепелица, по более ранним источникам он был атаманом и в 1739 году, когда слобода принадлежала «князю Григорию Волоконскому» (по-современному Волконскому). Жил в Красной и священник Иван Иванов, возможно, в слободе в первые же годы после основания была построена деревянная церковь. В середине 18 века границы уездов и даже губерний часто изменялись, поэтому неудивительно, что в архиве новооскольской воеводской канцелярии хранится «дело по челобитью Новооскольского уезда слободы Волоконской черкашенина Петра Болдырева, при котором объявил бежавшего неизвестного человека с лошадью и санями». Произошло это происшествие в 1751 году, начинается дело традиционным заявлением потершевшего: «Бьет челом Новооскольского уезду Нижнего стану вотчины княгини Праскеви Волконской черкашенин Петр Болдырев...». Так что менялись не только границы, но и владельцы Волоконовки.

По данным 3 ревизии в 1762 году «Новооскольского уезду слободы Красной Волоконской атаман Григорей Полтуков дал сказку, что в указанной слободе Волоконской состояло в прошлом 1762 году по ведомости 257 душ мужеска полу». Даже атаман в те далекие времена был неграмотным, поэтому «вместо атамана писарь Федор Мировицкой подписался». Очень интересно, что в этом уникальном документе встречается оба прежних названия Волоконовки (Красная, Волоконская)! Получается, что с 1748 года по 1762 год население Волоконовки сократилось в два раза, с 543 душ до 257. Значит, при частых сменах владельца прежние помещики могли забрать с собой своих крепостных крестьян. Население Староивановки и Рождественской тоже сократилось с 1360 до 694 человек мужского пола. Текучести населения способствовало и то, что в первые годы после основания слобод малороссияне могли свободно переходить из одного населенного пункта в другой, от одного помещика к другому. Крепостное право на юго-востоке белгородского края закрепилось уже к концу 18 века.
По данным 4 ревизии в 1782 году в слободах Волоконской, Верхней и Нижней Лубянках вдовствующей госпожи Авдотьи Васильевны Синельниковой проживало уже 1993 душ мужского пола, причем Синельникова владела еще и 16 тысячами гектар земли. За 20 лет между 3 и 4 ревизиями население Волоконовки выросло в 5 раз! Скорее всего, большинство старожилов Волоконовки являются потомками крестьян, переселенных в Волоконовку новыми владельцами Синельниковыми. Выросло за эти двадцать лет до 1208 душ «мужеска полу» и население Старой Ивановки и Рождественской слобод вместе с хуторами Аленицким, Бережным, Бригадиров, Гудовым, Западным, принадлежавшим правительствующего сената обер-прокурору Федору Михайловичу Колокольцеву.

Помимо переселений, организованных помещиками, шло и народное заселение белгородского края. Например, в середине 1730-годов крестьяне одной из слобод жаловались на то, что «на лугу самовольно поселился Иван Будько с пятью хатами черкас». Затем осадчий слободы Покровской княгини Трубецкой Иван Будько в 1742 году пытался получить разрешение у Новооскольского воеводы на постройку близ реки Оскола мельничкой плотины и мельницы. А в середине 19 века несколько семей Будько уже жили в Волоконовке.

Помимо второй ревизии 1748 года в воронежском архиве хранятся также документы 9 и 10 ревизий населения Волоконовки 1850 и 1858 года. Только незначительное количество фамилий первопоселенцев Волоконовки середины 18 века сохранилось среди волоконовцев середины 19 века. За сто лет произошло как изменение прежних фамилий из-за меняющейся языковой ситуации, так и появление новых фамилий из-за притока новых переселенцев. Распространение письменности привело к постепенному повышению статуса русского языка, поэтому многие фамилии были переделаны на русский лад (Кравцов вместо Кравец, Будьков вместо Будько и т.д.). Экзотические для нашего уха двойные фамилии (типа Сухомлин) и фамилии с окончаниями –ак, -ан, -ок, -айло к середине 19 века практически полностью исчезли, но фамилии с окончаниями –ский, -ой, -енко сохранились намного лучше. В середине 19 века в Волоконовке фамилии с окончаниями –енко и –ов были уже сравнимы по распространенности. Таким образом, можно уверенно утверждать, что во второй половине 18 века в Волоконовке, помимо выходцев из Украины, поселились и переселенцы из Центральной России. Выходцы из разных районов Российской империи жили дружно, к концу 19 века все чаще случались и смешанные браки. Пограничное положение Волоконовки привело к распространению и смешанного русско-украинского языка. Старожилы Волоконовки говорят: «Яки мы украинцы? Ти живуть в Украини. Мы кажемо – видро, сахарь, а воны – циберко, цукор».
При императрице Екатерине II Палатовский уезд в конце 1780-ых годов был упразднен и большая часть Волоконовского района вошла в состав Бирюченского уезда. В документах Бирюченского уездного суда находится дело 1791 года «о разорении казенной винной ситки в слободе Волоконская Покровская тож госпожи А.В. Синельниковой». Таким образом, в 18 веке у Волоконовки было три названия: Красная, Покровская, Волоконская.